Семенов-Тян-Шанский Олег Измайлович «Летописец Лапландии»

15 октября вся прогрессивная научная общественность отмечает 100-летие со дня рождения Олега Измайловича Семенова-Тян-Шанского. Кольскому Северу и, в частности, Лапландскому заповеднику, он посвятил всю сознательную жизнь. Русский натуралист, крупный специалист в области экологии птиц и млекопитающих, он был патриархом и летописцем Лапландии. Вкладу ученого в мировую науку в связи со 100-летием со дня рождения и была посвящена Международная научная конференция «Современные экологические проблемы Севера», три дня проходившая в г. Апатиты. Её организаторами стали Кольский научный центр РАН, институт промышленной экологии Севера, Лапландский государственный биосферный заповедник и комитет по природным ресурсам и охране окружающей среды Мурманской области. В работе конференции приняли участие делегации Сибири, Урала, Северо-Запада России, Норвегии, Финляндии, Дании. Лапландский заповедник представляли директор Сергей Шестаков и сотрудники научного отдела. Накануне отъезда мончегорской делегации мне удалось поговорить с людьми, которые хорошо помнят Олега Измайловича, знали его много лет, работая с этим удивительным человеком.

И сейчас в Лапландском заповеднике имя Олега Измайловича вспоминается не один раз на дню. Многим посчастливилось учиться у него: ходить на полевые, наблюдать, как он собирал, фотографировал, хранил и описывал материал. Почти всю жизнь прожил он в лесу, на Чунозерской усадьбе заповедника, с верной спутницей, женой и другом Марией Ивановной Владимирской. Сотрудники видели, что до поздней ночи горел свет в его окне, а соседям по дому был слышен стук старинной пишущей машинки. Работал он без устали и с истовым упорством исследователя. Фиксировал все: время, события, наблюдения. К науке относился трепетно, подчеркивая, что эта «дама точная». Сегодняшнему поколению трудно поверить, но он ежедневно в течение 72 лет (!!!) вёл фенологические дневники. Прожил Семенов-Тян-Шанский 84 года, работал до последнего дня.

По биографии Олега Измайловича можно проследить не только развитие заповедного дела в России, но и достижения биологической науки в стране. Об этом подробно писал в своем альманахе «Живая Арктика» редактор Валерий Берлин. Вот только краткие вехи жизненного пути ученого, о которых поведал автор.

Дворянское происхождение отнюдь не приветствовалось Советской властью, и в 1917 году, выехав из Петербурга на летний отдых в имение Петровка Тамбовской губернии, семья отца — Измаила Петровича Семенова Тян-Шанского вынуждена была прожить там до 1929 года. Небольшой земельный надел после передачи земли крестьянам стал для неё в эти годы единственным источником существования. Только через 12 лет семья возвращается в Ленинград, а в 1930-м Олег впервые попадает на Кольский полуостров, на горную метеостанцию в Хибинах. Там знакомится с первым директором Лапландского заповедника Германом Михайловичем Крепсом, который и приглашает его к себе на работу.

Первый научный сотрудник заповедника 24-х летний Семенов-Тян-Шанский ведёт учёт диких северных оленей, наблюдает за бобрами и боровой дичью, обрабатывает материал, пишет научные статьи. Его книга «Лапландский заповедник», выдержавшая три издания (1938, 1962, 1975гг.), по словам профессора А.Н. Формозова, являлась лучшей среди вышедших в системе заповедников СССР. Судя по дневникам Олега Измайловича, латынь он учил с детства. А все, кто знаком с работами Семенова-Тян-Шанского, отмечали его дар – писать просто, доступно и интересно. Шведы оценили книгу «Звери Мурманской области» и перевели её на свой язык. Коллегам ученого приятно было услышать, когда в заповедник приехали гости из Финляндии и сказали, что орнитологию в университете они учили, в том числе и по книгам Олега Измайловича.

23 июня 1941 года в Ленинграде он сдал первый кандидатский экзамен в Зоологическом институте АН СССР. Война прервала научную деятельность. Воевал на Карельском фронте. Награжден медалью «За боевые заслуги» и орденом «Красной звезды». Второй экзамен состоялся в марте 1946 года. Как пишет В. Берлин, «при полном единодушии ученого Совета института он защитил кандидатскую диссертацию «Лось на Кольском полуострове». Временно работая в Зоологическом институте Ленинграда, он вместе с женой-ихтиологом по профессии, участвовал в восстановлении орнитологической станции в г. Кенигсберге, обследовал пещеры и древние капища в ущельях Северной Осетии, руководил зоологической экспедицией на озеро Кургальджин (Казахстан). А в 1949 году Семенов-Тян-Шанский возвращается в Лапландский заповедник, уже заместителем директора по науке. Однако, через два года на основании Постановления Совмина СССР «О заповедниках» в числе других 87 заповедников страны Лапландский ликвидируется и Олег Измайлович переходит в Печоро- Илычский. По натуре он был боец за справедливость и не признавал кумиров. Свою точку зрения мог отстаивать вплоть до министерств и ведомств. Через шесть лет добился восстановления Лапландского заповедника.

— Олег Измайлович был совестью заповедника, — вспоминает его коллега Игорь Александрович  Паракецов. — Великая работоспособность этого человека поражала! Он чтил все заповедные традиции и законы. Презирал браконьеров и боролся за экологию. Благодаря его публикации в газете «Правда» в 1980-м году «Висит дым над заповедником», границы Лапландского заповедника решением Совмина РСФСР были значительно расширены на северо-запад.

Он исследовал экологию тетеревиных птиц, написал фундаментальный труд. Эта работа составила пятый том «Трудов Лапландского заповедника» и стала его докторской диссертацией. О. И. Семенов-Тян-Шанский стал первым доктором биологических наук в системе заповедников страны. За 30 лет его сотрудничества с журналами было опубликовано около 100 научных статей, работ. Вышло 10 книг.

По словам знавших его людей, был легок на подъем. Независим в суждениях. Правду говорил в лицо.

— Я счастлива, что Бог свел меня с Олегом  Измайловичем, — вспоминает научный сотрудник заповедника Наталья Берлина. — Благодаря ему я соприкоснулась с миром дореволюционной России. Меня поражала его культура во всем, внутренняя самодисциплина, цельность и ясность его души. Работа была смыслом его жизни и его хобби. Быт упорядочен: еда всегда свежеприготовленная и вовремя. До последних дней весь трудный деревенский быт был на его плечах. Вспоминаю его, и сразу поднимается настроение!

— Когда вы первый раз его увидели?

— В 80-е годы молодым специалистом я приехала на Чунозерскую усадьбу. Первый, кто пришел знакомиться, был Олег Измайлович. Быстрым, порывистым движением пожал руку, скороговоркой представился и ушел.

— В лесу он чувствовал себя как дома, — Геннадий Катаев, кандидат биологических наук, неоднократно ходил с Семеновым-Тян-Шанским на полевые работы. Знания и подвижность его в возрасте далеко за 70 лет удивляли многих. Он, действительно, бегал по лесу, и «выждать» момент для фотосъемки для него было очень сложно. Но какие уникальные кадры он оставил!

В связи с его холерическим характером было немало и курьезов, о которых с юмором вспоминали коллеги.

— Однажды, когда мы вместе были на полевых, он пытался сфотографировать пикирующую ястребиную сову, — смеется Наталья, вспоминая такой эпизод. — А птицы эти у гнезда очень агрессивны, летают как немецкие мессершмидты, душераздирающе кричат днем и даже нападают.

— В орнитологии были случаи потери глаза! — говорил Олег Измайлович, усаживая меня под елку. Дал мне колпак, палку. Сам встал с фотоаппаратом «Пентакон» напротив совы, которая сидела на вершине дерева и не сводила с нас глаз. Следя за совой, начинает рассказывать, увлекается, жестикулирует, только отворачивается, сова пикирует на него. Я кричу. Он уже не успевает сфотографировать. И все начинается сначала. Сова возвращается на вершину, Олег Измайлович смотрит в объектив. И так раз десять! Измучившись, он сказал:

— Вставайте на мое место. Сова будет пикировать, и я вас сниму.

На секунду я замешкалась, вспомнив «потерю глаза». Олег Измайлович тут же спохватывается:

— Нет-нет! Это совершенно не годится!

В результате сова поцарапала ему голову, и он успокоился: кадр нападения совы на человека для «Летописи природы» был сделан.

— Он никогда не отдыхал днем, — продолжает собеседница, — я никогда не слышала жалоб, чтобы что-то у него болело. Только уже в последние годы жизни, уходя в лес, предупреждал нас о своем маршруте и времени возвращения.

Научный сотрудник заповедника Наталья Зануздаева вспомнила, что он любил делать подарки:

— В 80-е годы, приехав из Финляндии, он угостил всех нас невиданным по тем временам фруктом — киви.

— Подарки у него были необычные, — призналась Берлина. — Как-то привез из Ленинграда и подарил компас с зеркальцем. А Новый год? Однажды случилось так, что, одарив всех, он принес моему сыну большую коробку карандашей. И не знал, что подарить мне. Я как раз собиралась печь торт, а сахарного песка не было. В горбачевские времена сахар давали по талонам — полкилограмма на человека в месяц. Олег Измайлович принес целый килограмм сахара. Я обрадовалась: ура! Я испеку торт! А Олег Измайлович смеялся — осчастливил сахаром. Он буквально бросался на помощь, видя неустроенность быта. Мы были соседи, и в морозы -40 градусов печку было не натопить, дуло в щели пола, в окна. Сын еще маленький. Олег Измайлович первый прибежал к нам с ватным одеялом. Как-то задымила печь. Надо трубу чистить. Лестница высокая и до трубы страшно лезть — скатишься. Спас опять Олег Измайлович.

Отстаивая свою независимость, был он иногда и резковат.

— Помню, привозили бревна-плавуны в лодке, — вспоминает Паракецов, — на дрова. Подсохнут. И — на распил. Олег Измайлович всегда пилил сам, а желающих помочь гнал прочь.

Он вел переписку с учеными многих стран, свободно владел английским и немецким языками. Был членом Президиума Географического общества СССР, действительным членом Московского общества испытателей природы, членом энтомологического, почетным членом Териологического (копытных) и Орнитологического обществ. Его уважали как ученого и ценили как человека. Подвижническая деятельность научного работника и гражданина была оценена Родиной. За два месяца до ухода Олег Измайлович был награжден орденом «Трудового Красного Знамени».

…За день до кончины он возвращался с полевых работ с одним из студентов. На Чунозере штормило. Сел в лодку. Мотор долго не заводился. Они измучились, промокли, устали. Последней записью в его дневнике было: «21 октября. Ночь. Инсульт…»

Утром он сам уехал на автобусе в г. Мончегорск, пришел в больницу. Во время тихого часа умер…

В резолюции научной конференции участники выдвинули предложение о присвоении Лапландскому заповеднику имени О. И. Семенова-Тян-Шанского.

 2006 год

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *