Петрова Мария Андреевна «Судьба семьи – в истории страны»

Спецпереселенцы. Сегодня речь пойдет о них. В чём провинились эти люди перед государством? В том, что имели большие и крепкие семьи? Или в том, что хотели и умели работать? Или в том, что строили планы на счастливое будущее? Колесо истории прошлось по их судьбам так, что все планы сравняло с землей, на которой они родились, трудились, которую любили. А их вырвали с корнем и раскидали по всему Советскому Союзу и назвали кулаками. И поставили цель — уничтожить как класс. А они выжили и пустили корни в других краях, и построили города, вырастили детей и научили их работать. И, многие, всю жизнь молчали. Боялись повторения репрессий…

Стыдились своего прошлого. Хотя, по большому счету, таким прошлым гордиться надо. Благодаря их рукам, вырос город в красивой тундре под названием Мончегорск.

Судьба одной из них – Марии Андреевны Петровой (в девичестве Кузнецовой) отражает историю большинства крестьян, подвергшихся репрессиям во время коллективизации. Мончегорцы узнали о ней, благодаря детям. Ученицы школы №12 Оля Яцук и Саша Ларионова под руководством педагога дополнительного образования Ларисы Петровны Батраковой, побывав в гостях у этой женщины, написали работу на конкурс «Человек в истории. Россия – ХХ век». Через биографию Марии Андреевны девочки проследили судьбу крестьянской семьи целого поколения. Работа эта была высоко оценена обществом «Мемориал» и получила заслуженную награду.

Познакомившись с этой удивительной женщиной, я не один раз была у неё в гостях, держала в руках тот самый семейный коричневый кожаный альбом, (о котором писали девочки), где живут фотографии начала ХХ века. Здесь и усадьба под Ржевом, и родоначальники большой семьи Кузнецовых, и личная кузница. С портретов смотрят люди со спокойными, мудрыми, открытыми лицами. Большинство из них сняты при деле. Кто-то работает в кузнице (хутор Орча), кто-то — на расчистке завала (г. Хибиногорск), кто-то в столовой Василеостровского района (г. Ленинград). Неужели так круто могла поменяться жизнь, за какие — то 10-15 лет? Было крепкое хозяйство, крепкие устои и традиции. И вдруг – репрессии. Как и тысячи других семей в России, их объявили кулаками. И, как перекати-поле разметало их по стране в поисках новой жизни и хоть каких-то средств к существованию.

— Натерпелись мы много, — вспоминает Мария Андреевна, — я еще маленькая была и многого не понимала, но начинаю вспоминать и сама не верю, как могли выстоять? С хутора уехали во время коллективизации. Старший брат отца, гонимый властями, — в Хибиногорск. Средний — в Ленинград. За ним и отец. Устроился на работу, поселился у бывшего сослуживца по царской армии, а потом мы приехали к нему. Позднее как хорошему работнику отцу дали комнату. Оказалось, в том же доме жил человек, который убил Кирова. В связи с этим начались репрессии: отца сначала посадили в Кресты, потом выслали на 101-й км, а позднее — на Кольский полуостров.

На Новой улице в Хибиногорске началась у них новая жизнь. Отец пошёл работать на рудник, мама – на железную дорогу. Жили в комнатке старшего брата. Голод, Холод. Одежды не было. Спецпереселенцы отмечались в комендатуре Кировска.

— Я еще маленькая была, но помню, что ели соленую зубатку с хлебом, — продолжает Мария Андреевна. — Первый огород у нас появился, когда жили в Мончегорске, на Тростниках, в 50-е годы. Здесь мы только настоящую жизнь и увидели. Хоть продукты были по карточкам, на комбинате «Североникель», куда устроился отец, старшая сестра, а потом и я, талоны на еду давали.

— Что стало главным стимулом в жизни для репрессированных людей, подвергшихся таким лишениям и унижениям? — спросила я собеседницу.

— Труд. Честность. На протяжении всей жизни эти качества были главными, — не колеблясь, ответила она. — Вспоминаю, как до войны, мы с мамой посетили её родину, деревню Деньгино. Хутор наш был недалеко оттуда, и мы пошли посмотреть на усадьбу. Большое серое, неухоженное строение ничем не напоминало когда-то уютный, семейный дом. Мы даже близко не подошли, поспешили вернуться.

Навстречу им попались бывшие односельчане. Увидев, стали нахваливать:

— Ой, Настенька, как хорошо выглядишь, да и детки у тебя какие хорошие!

А мама им ответила:

— Спасибо вам за то, что все отобрали, а руки, ноги и голову оставили. Я везде, где жила, этими руками, ногами и головой добивалась всего сама. А вы, как были нищие, нищими и остались. Навсегда покидая родные места, у них даже мысли не было о ненависти или мести.

После реабилитации в 1937 году семья Кузнецовых не вернулась в Ленинград, как и тысячи других высланных. Она осела в новом городе – Мончегорске. Ему отдала свои силы и жизнь. Мать, отец и старшая дочь работали в рафинировочном цехе комбината, младшая-Мария в ЦЗЛ. За труд получили много благодарностей. Сестры работали на «Североникеле» до самой пенсии, считая эти годы лучшими в своей жизни. В истории города есть и страничка, вписанная этой семьей.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *